Кость бледная  - Рональд Малфи

Пол сжал правую ступню, затем левую. К подошвам ног вернулась чувствительность, но покалывание в пальцах его еще беспокоило. «Не смотри». Но он должен взглянуть. «Это просто дурной сон». Так оно и есть. Но насколько же он реальный. Пососав нижнюю губу, Пол содрал шерстяной носок с правой ноги. Плоть выглядела белой, как рыбье брюхо, и казалась почему-то голой, голее некуда. С пальцами все было нормально. Он приказал им пошевелиться, и они повиновались. Пол щелкнул по одному и почувствовал тупую боль. Это было даже хорошо. «Да, но что насчет другой ступни? Той, которую до сих пор будто на колоде мясника разделывают». Он опустил правую ногу на пол и положил левую лодыжку на правое колено. Наполовину стянул носок, но тот вдруг заартачился. Пол потянул чуть сильнее и почувствовал жгучую боль, когда вдоль свода стопы открылась свежая рана.

– Дерьмо.

«Сорви, как пластырь». Так он и поступил. Сорвал носок со ступни и услышал треск, с которым шерсть отлеплялась от кожи. Носок приклеился к ступне, пока та заживала, а теперь рана снова начала кровоточить. Но это оказалось еще не самое плохое. Хуже всего обстояло с пальцами – с двумя самыми маленькими. Они были фиолетовые и опухшие, словно накачанные воздухом. Оба ногтя заросли туго натянутой плотью. Пол не стал щелкать по ним, как делал на правой ноге, вместо этого он легонько ткнул мизинец, и этот легкий жест отозвался дюжиной воткнутых ножей. Пол сморщился, согнулся и баюкал ногу обеими руками, пока боль не утихла. «Мне нужно в больницу».

– Дэнни! – его голос эхом отозвался в маленькой комнате.

Он ждал, но брат не приходил. Пол доковылял до аптечки, открыл ее и нашел новый рулон бинта. Разорвал упаковку, перебинтовал рану на обмороженной ноге и скрепил край повязки двумя булавками. Затем он вернулся на кровать, натянул носки и засунул ноги в сапоги брата. Они были слишком велики, даже с толстыми носками и повязкой на ноге. Полу это показалось странным. У них с Дэнни всегда был одинаковый размер. «Все меняется, старина Джек. Хватай курицу, несущую золотые яйца, и беги обратно по бобовому стеблю, пока не оказался в тарелке у великана». Он сорвал со стены одно из зимних пальто и в панике бросился на дневной свет.

* * *

Нетронутый белоснежный пейзаж расстилался перед ним. Деревья мерцали на солнце, а снег толщиной в несколько дюймов сверкал, словно усыпанный бриллиантами. Его гладкую белизну нарушали лишь следы Дэнни, прорезавшие тропу от хижины к деревьям вокруг нее и обратно. Небольшой костер горел в кругу камней прямо за лачугой. Но никаких признаков самого Дэнни не было.

Дрожа от холода, Пол сделал несколько шагов из-под тени хижины и оглянулся на нее. На покатой крыше лежала корка свежего снега, а карниз состоял из досок цвета кости, они сливались со своим заснеженным окружением. Как и на фотографии, которую прислал Дэнни, на двери был вырезан рисунок глаза. Те же необычные деревянные кресты стояли по бокам от двери, служа подпорками нависающей крыше… Но было что-то еще, кроме простой практичности, что, казалось, резонировало с ними. Тут ему в голову пришла странная мысль, столь же жуткая, сколь и неправдоподобная: Дэнни на самом деле вовсе не Дэнни, его брат умер здесь вскоре после того, как отправил фотографию год назад. Некто, похожий на Дэнни, разговаривал с ним ночью в хижине, пряча половину лица в тени, пока другую половину неузнаваемо меняли всполохи огня. Дэнни, который спас его, лежавшего в снегу почти без сознания, – это какое-то иное существо. Носящее маску Даниэля Галло, как дети из Дредс Хэнда носят маски зверей, чтобы обмануть дьявола. Нелепая мысль.

Желание помочиться охватило его – в паху напряженно пульсировало. Это ощущение немного успокоило Пола. Он похромал к стене хижины, расстегнул ширинку и выпустил на снег жгучую горячую струю. Снег сделался ярко-оранжевым. Пол не мог вспомнить, когда в последний раз мочился. Он поднял взгляд и увидел деревянные кресты, стоящие по периметру вокруг хижины. Они были еще примитивнее, чем те, вдоль которых он шел по лесу, – просто две палки, связанные шпагатом. Пол проследил за всей вереницей взглядом. С одной стороны они уходили на задворки хижины и исчезали за сосновой рощей. С другой – образовывали ограду перед хижиной и замыкали круг.

От этого зрелища Полу стало нехорошо. Он пошел вдоль крестов и очутился в дальнем конце «заднего двора». Здесь под синим брезентом лежала куча дров. Ее подпирали деревянные сани. Пол обошел вокруг поленницы и почти уткнулся лицом в то, что сначала принял за мешанину сброшенных деревьями сучьев, которые так и не упали на землю. Когда же он отступил, то увидел, что на самом деле это скелет довольно крупного рогатого животного. Тот свисал с дерева на двух стальных тросах, его кости были обглоданы, ребра напоминали сложный инопланетный механизм. Вокруг растопыренных копыт цвета костного мозга все еще оставались беловато-желтые шерстинки. Череп, с этими витыми рогами и рядом тупых зубов, выглядел как готовый экспонат для музея.

Пол некоторое время таращился на скелет, наблюдая за раскачивающимися на ветру конечностями. Кости стучали друг о друга, создавая бамбуковую «музыку ветра». «Боже мой…» – подумал Пол. Дальше, за подвешенным скелетом и редкими деревцами, в земле обнаружился глубокий овраг. Пол заглянул за край и различил на дне огромные камни аспидного цвета, вздымающиеся из снега, как китовые горбы. Овраг был примерно двадцать футов в глубину, но эти камни, торчащие из снега, казались смертельно опасными. Потревоженный снег и случайные следы вокруг говорили о том, что здесь кто-то – Дэнни? – бродил. «Что-то такое говорили о мальчике, – подумал Пол, но никак не мог сосредоточиться. Тем не менее мысль была острой, упрямой и обладала ароматом памяти. – Что-то о мальчике с лицом животного…»

Не в силах унять дрожь, он прокрался обратно к хижине. Снова поднялся ветер, и Пол услышал, как шепчутся висящие на дереве кости.

– Кажется, я говорил тебе не выходить из хижины, – голос Дэнни эхом разнесся над поляной. – Я не шутил.

Пол обернулся и увидел брата, который шел к нему между деревьями, закинув ружье на плечо. Он держал один из ящиков-ловушек, внутри которого раздраженно металось что-то большое и пушистое.

– Где ты был? – горло все еще горело от разговоров, но теперь Пол был в состоянии его контролировать.

– Добывал завтрак, – подойдя, Дэнни поднял клетку, чтобы брат мог разглядеть живность внутри – что-то вроде сурка. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Дэнни, какого черта ты здесь делаешь? Что тут происходит?

Дэнни поставил клетку рядом с запорошенным снегом пеньком. Скинул ремень ружья с плеча и прислонил оружие к пню так, чтобы ствол был направлен в небо. И посмотрел на Пола, словно изучая его.

– Это понять непросто, – сказал он.

– Непросто? Ты действительно здесь живешь?

Дэнни не ответил. Он стянул перчатки, затем опустился в снег на колени, прижал ладонь к верхней панели клетки. Он давил, а панель опускалась на пружинах, зажимая грызуна внутри. Сурок начал визжать, словно свинья, а когда Дэнни опустил на него подпружиненную крышу клетки, когти застучали по алюминиевым прутьям, судорожное дыхание зверька затуманивало воздух.